Дороже всего на свете

– Это моя дочь Мия. Будешь за ней ухаживать. Как за своей.

Дамианис оставляет люльку с младенцем на диване и идет к бару.

– В смысле? – Мельком оглядываю спящую девочку, не веря, что она настоящая.

Такая крошка. На куклу похожа.

– Что непонятного я сказал? – От интонаций Леона веет арктическим холодом.

Все! Все непонятно! И особенно – как я могла полюбить это бездушное чудовище. Мало того, что Дамианис однажды купил меня как какую-то вещь, так теперь еще принес своего ребенка от другой женщины и требует о нем заботиться.

Содержит нецензурную брань.